Article

Александр Абрамович Виленкин

380 views

hyZIcNhn7mQ-2 (2)

Белое движение объединяло очень разных людей, как по политическим убеждениям, так и по происхождению и биографии. Однако до сих пор среди довольно большого количества людей, зачастую изучавших историю Гражданской войны по советским фильмам, вроде «Адъютанта его превосходительства» или «Сорок первого», доминирует взгляд на белых как на «дворянских паразитов-золотопогонников», умеющих только солдатам зубы выбивать, холопов в карты проигрывать да девок крестьянских насиловать. То, что большинство представителей белой гвардии происходило из самого что ни на есть простого народа — крестьян, рабочих и мещан, а вот дворян среди них, особенно на последнем этапе, было довольно-таки мало — им абсолютно невдомек. Одной из причин, по которым была написана эта статья, и является желание в очередной раз опровергнуть подобное нереалистичное мнение и показать, насколько разные люди защищали Россию в рядах Белого движения. В своей статье я расскажу об Александре Абрамовиче Виленкине, штаб-ротмистре и члене «Совета защиты Родины и Свободы» и председателе Всероссийского союза евреев-воинов.

Родился Александр Абрамович Виленкин 5 июня 1883 года в Царском селе в семье купца 1 гильдии Абрама Марковича и Рэйчел Бейли. Семья была состоятельной и многодетной, в ней было восемь детей, из которых Александр был самым младшим сыном. Поступил на учебу в знаменитую Николаевскую Царскосельскую гимназию, известную очень высоким уровнем образования. Учился в одном классе с впоследствии знаменитым актером немого кино Витольдом Полонским и главным инфекционным врачом Ленинграда Глебом Ивашенцевым. В 1901 году Александр Виленкин окончил гимназию с серебряной медалью и поступил на историко-филологический факультет Петербургского университета, с которого он в дальнейшем перевелся на юридический.

Однако на втором курсе, неожиданно для семьи, Александр решает отслужить в армии и, взяв отпуск в университете, присоединяется вольноопределяющимся к 1-му гусарскому Сумскому полку, находившемуся в Москве. По существовавшему военному законодательству вольноопределяющийся служил вместо положенных обычному рядовому солдату 3-х лет и 8-ми месяцев один год, потом сдавал экзамен на звание прапорщика и отправлялся в запас. Вольноопределяющимися могли стать студенты высших учебных заведений или получившие среднее образование. В Сумском полку, представлявшем из себя элиту армии, вольноопределяющимися служили в основном дети состоятельных родителей, жившие в отдельном помещении и носившие собственное обмундирование.

vilenkin illustrations 1

В полку Александру вначале было довольно трудно. Полностью незнакомый с верховой ездой, он сперва не мог даже держаться в седле. Однако схватывающий все на лету Виленкин довольно быстро освоился, начал держаться в седле очень хорошо и стал настоящим гусаром. Еврей-гусар кажется анекдотом, однако в дальнейшем Виленкин доказал, что военная служба являлась его настоящим призванием.

После годы службы вольноопределяющиеся держали экзамен на первый офицерский чин — прапорщика. Но Александр к нему допущен быть не мог, так как по существующему законодательству евреи, придерживающиеся иудаизма, не производились в офицеры в императорской армии. Было несколько исключений, например, Иосиф Владимирович Трумпельдор, ставший в 1906 году прапорщиком как герой Русско-японской войны, однако для этого требовалось особо отличиться. Александру предложили креститься, но он отказался, несмотря на то, что не был особенно религиозным человеком. Причиной стало то, что он не хотел менять веру ради земных благ, без действительного признания правоты христианства. Таким образом, окончивший службу рядовым Виленкин возвращается в университет.

vilenkin illustrations 2

[cointent_lockedcontent]

В университете, во время революционных событий 1905 года, присоединяется к партии кадетов и выступает на ее заседаниях и митингах по выборам в I Государственную Думу. Соучениками уже тогда характеризовался как «прекрасный оратор», воздействующий на «чувства слушателей, чему немало способствовали его красивый голос и меткое остроумие». Либеральные воззрения разной степени левизны он сохранит до конца жизни. После окончания университета в 1906 году Александр переезжает в Москву и начинает работать присяжным поверенным. В 1907 году по рекомендации главы кадетской партии Павла Николаевича Милюкова становится помощником одного из ее членов адвоката Николая Васильевича Тесленко. Сам Тесленко в своих воспоминаниях о Виленкине говорит, что сперва франтоватый петербуржец, любимец женщин и веселых празднеств ему не понравился, однако затем он разглядел в своем помощнике «выдающиеся способности, блестящее образование (он знал в совершенстве несколько языков), а главное, твердые и самостоятельно выработанные убеждения и доброе и отзывчивое сердце».

vilenkin illustrations 3

Александр довольно быстро создал себе репутацию выдающегося адвоката, защищая подсудимых на различных политических процессах — в основном над большевиками, меньшевиками, эсерами и анархистами. Довольно необычный пункт в биографии будущего участника Белого движения. Однако не стоит забывать, что среди людей, сражавшихся за Белое дело, присутствовали и такие одиозные личности, как известный эсеровский террорист Борис Викторович Савинков, тем не менее, ставший непримиримым врагом большевиков.

Среди подзащитных Виленкина присутствовали такие будущие столпы Советской власти, как советский Верховный Главнокомандующий после Октября 1917 года и народный комиссар юстиции СССР Николай Крыленко, осужденный по делу о военной организации большевиков. На процессе по этому делу в 1907 году он и остальные двое подозреваемых были полностью оправданы благодаря ораторскому искусству Виленкина. Александр не догадывался, что через 11 лет некоторые из его бывших подзащитных будут требовать для него расстрела.

Через несколько лет, незадолго до начала Первой мировой войны, Виленкин, по протекции своего старшего брата Григория, являвшегося служащим в русском посольстве в Англии, становится юридическим советником английского консульства в Москве. На этой должности ему немало раз приходилось защищать английских граждан как по уголовным, так и по политическим поводам. Продолжал Александр и свою политическую карьеру, выступая на различных заседаниях партии кадетов.

За всеми московскими делами Виленкин никогда не забывал о своем полке, периодически появлялся в его офицерском собрании и сохранял хорошие отношения с однополчанами. И, когда грянула Великая война, Александр уже через три недели, в августе 1914 года, добровольцем возвращается в Сумской полк, в тот период наступающий в Восточной Пруссии. Виленкин мог переждать войну в Лондоне, где находился в момент ее начала по службе, однако это претило его патриотическому чувству и чести.

vilenkin illustrations 6

В звании рядового участвовал в боевых действиях в первых рядах. Довольно быстро отличился и был повышен в звании до младшего унтер-офицера и назначен командующим передовым разъездом. Впоследствии был неоднократно ранен и за доблесть награжден солдатским Георгиевским крестом всех четырех степеней и Георгиевской медалью, став, таким образом, одним из немногих полных георгиевских кавалеров. Командование полка очень ценило храброго солдата. Один из офицеров полка, Владимир Литтауэр, так отзывался об Александре Виленикине:

«Виленкин отличался невероятной храбростью и среди солдат имел наибольшее количество наград.

vilenkin illustrations 5

 А вот еще пример необычайной силы воли Виленкина. Его ранили, и, пока санитар, усадив его на поваленное дерево, делал перевязку, Виленкин писал стихи об обстоятельствах ранения».

vilenkin illustrations 4

Иудейское вероисповедание все еще было препоной для получения Виленкиным офицерского чина, однако, судя по воспоминаниям однополчан, его это не слишком беспокоило. Александр завоевал огромный авторитет у солдат и офицеров полка, последние относились к нему как к равному. Незадолго до Февральской революции был назначен связным при командире полка полковнике Леонтьеве Владимире Александровиче. Также во время войны раскрылся и поэтический талант Виленкина. Он начал сочинять стихи на мотивы известных песен. Один из таких стихов был посвящен наступлению полка в Восточной Пруссии в 1914 году:

«Генерал бригадный

В гневе беспощадном

Приказал отбой играть.

Прозвучали звуки,

Опустились руки,

Продолжают все стрелять».

vilenkin illustrations 7

После Февральской революции 1917 года все национальные и религиозные ограничения на производство в офицерский чин были сняты, и Виленкин получил звание прапорщика. Вскоре после принятия 2 марта 1917 года знаменитого приказа №1 и создания во всех воинских частях выборных комитетов, популярный у солдат Александр был выбран председателем полкового комитета. Отношение Александра к революции и свержению императора Николая II достоверно неизвестно, однако после своего избрания он проявил себя сторонником строгой дисциплины войны до победного конца, предпринимал многочисленные попытки помирить офицеров и солдат и неоднократно убеждал последних оставаться в строю и не дезертировать.

vilenkin illustrations 9

В марте полк после ухода из него прежнего «недостаточно революционного» командира отказался выступать на фронт для замены уставших частей. Лишь с помощью долгих уговоров Виленкину и новому командиру удалось все же убедить гусар отправить на фронт.

В начале июня Виленкин решил принять участие в I Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов, который должен был проходить в Петрограде 3-4 июня, однако представители кадетов как слишком «буржуазная» партия к нему допущены не были. Тогда Александр вступает в Трудовую народно-социалистическую партию, или так называемых «энесов», стоявшую на народнических позициях и включающую в себя в основном городскую интеллигенцию. От фракции этой партии в Советах был избран членом Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета в Советах. Избрание во ВЦИК давало ему право участвовать в выборах в армейские и фронтовые комитеты. На заседаниях резко негативно отнесся к большевикам и другим пораженцам, считая их одними из главных виновников дальнейшего разложения армии. Один из знакомых офицеров, встретивших Виленкина на съезде, в своих воспоминаниях о трех встречах с ним, говорит, что Александр в этот период совершенно изменился с момента их последней встречи. Его больше не интересовала ни политика, ни адвокатура, ни светская жизнь, ни новые знакомства. Прапорщик думал лишь о судьбе Родины и исходе войны. Он хотел всеми силами способствовать тому, чтобы Россия выиграла в Великой войне и был уверен, что ей удастся это сделать.

После окончания съезда Александр принимает участие в выборах в армейский комитет 5 армии под командованием генерал-лейтенанта Юрия Никифоровича Данилова на Северном Фронте, и в июле становится его председателем. Прапорщик фактически по должности становился равен командующему армией в звании генерала, однако он не злоупотреблял своей властью и довольно быстро установил взаимопонимание с Даниловым. Вместе им удалось убедить комитет сформировать Сводный отряд из желавших воевать солдат и отправить его в распоряжение Временного правительства для установления контроля над Петроградом. Само собой, Временное правительство испугалось его использовать.

vilenkin illustrations 8

В дальнейшем Александр Виленкин был за свою деятельность по спасению армии награжден офицерским орденом Святого Георгия IV степени и незадолго до октябрьского переворота произведен сразу в штабс-ротмистры (кавалерийский аналог звания штабс-капитана в императорской армии и звания капитана в армии сегодняшней России), минуя остальные звания. Это было высокое признание заслуг офицера.

После октябрьского переворота штабс-ротмистр, понимая, что на фронте уже практически ничего спасти нельзя, приехал в Москву. Там он снова поступает на службу в британское консульство в качестве юриста. Однако вскоре у него появился шанс еще раз проявить свои организаторские способности. В тот период в русской армии возникло движение евреев-фронтовиков, ставившее своей целью донести мнение еврейского населения насчет будущего России до государственной власти и его защита от возможных погромов. Первый съезд этого движения, получившего название Всероссийского союза евреев-воинов или, как его назвал писатель Михаил Веллер, Общества евреев-георгиевских кавалеров, прошел в Киеве в середине октября 1917 года. Председательствовал на съезде уже знакомый нам Иосиф Трумпельдор, успевший к тому моменту повоевать в Еврейском легионе в составе британской армии и дослужиться до капитана. Было принято решение создать отряды еврейской самообороны в крупных городах России — Петрограде, Москве, Киеве и других. Штабс-ротмистр Виленкин сразу же примкнул к этому движению, создал и возглавил московское отделение Союза и начал мотаться между столицей и Москвой, агитируя солдат вступать в него. В январе 1918 года, после разгрома штаба Всероссийского Союза евреев-воинов и убийства его председателя Гоголя отрядом «вольного казачества», военного формирования украинских националистов, новым главой организации был избран Александр Виленкин. Возможно, он собирался в дальнейшем использовать Союз для борьбы с большевиками. Это подтверждается тем фактом, что в марте 1918 года Виленкин встретился с Борисом Савинковым и вступил в его «Союз защиты Родины и Свободы».

Савинков планировал организовать восстания в городах центральной России, включая Москву, которая к тому моменту уже стала столицей Советской республики. Союз намеревался уничтожить большевиков в столице и крупных городах, а затем уже раздавить на местах. Также целью стояло воссоздание русской армии на прежних началах дисциплины и подчинения командирам, а также продолжение войны с Германией до победного конца. В Союзе штабс-ротмистр возглавил кавалерийский центр, в обязанностях которого была связь с конными полками в центре и на местах, а также финансовый отдел. Финансирование организации осуществляло британское правительство через специальную миссию при Советском правительстве во главе с Робертом Локхартом, бывшим консулом и непосредственным начальником Виленкина. Также Александр отвечал и за отряды еврейской самообороны, которые должны были помочь в свержении большевиков, а после их падения — защитить еврейское население от возможных погромов.

vilenkin illustrations 10

Однако их планам не суждено было сбыться. В мае 1918 года, после доноса подруги одного из членов Союза, созданная большевиками незадолго до того Всероссийская Чрезвычайная Комиссия начала аресты среди причастных к организации. После допросов арестованные начали рассказывать то, что знали, что, соответственно, вызвало новые аресты. Многие из них были молодыми офицерами, абсолютно не разбиравшимися в следственном деле и легко попадающимися на удочку чекистов. Однако извинить их это может лишь косвенно. Савинков вместе с несколькими другими лидерами смог скрыться, однако Союз фактически был разгромлен. Виленкин тогда еще тоже не попал в поле зрения чекистов. Но так не могло продолжаться долго.

Вскоре штабс-ротмистра выдали несколько офицеров, и за ним началась охота. Виленкин знал о предстоящем аресте, но задержался дома, чтобы уничтожить документы, которые могил навредить оставшимся на свободе членам организации. По оценкам бывших с ним в тюрьме офицеров, этим он спас множество жизней. Однако сам Александр не успел скрыться. 29 мая он был арестован.

vilenkin illustrations 11

Содержался штабс-ротмистр сначала в Бутырской тюрьме, а через два дня после ареста был переведен в Таганскую, где встретился с капитаном Клеменьевым, который был начальником связи Союза и посвятил часть своих мемуаров о большевистской Москве судьбе Виленкина. По его данным, Александр пользовался в тюрьме относительной свободой передвижения и содержание его было довольно сносным. Клементьев объясняет это тем, что в прошлом Виленкин неоднократно защищал в суде различных большевистских вождей, и теперь они, испытывая некое небольшое чувство благодарности, пытались отплатить ему. Александра выбрали старостой камеры, в которой он, Клементьев и еще несколько офицеров сидели. Он не унывал и даже начал выпускать газету, которую с юмором назвал «Центрогидрой», всем желающим оказывал юридическую помощь, постоянно поддерживал товарищей по несчастью и стал настоящим лидером всех арестованных офицеров, неоднократно ставил вопрос об улучшении тюремного режима перед чекистами.

На первом допросе, согласно следственным документам, участие в Союзе Савинкова твердо отрицал и никого не выдал. На втором допросе признал лишь, что является главой Всероссийского Союза евреев-воинов, имеющего целью недопущение еврейских погромов, и что имел встречи с представителями различных политических партий у себя на квартире. Александр отказался признать то, что встречи организовывались с целью выработать план свержения большевиков. На следствии довольно откровенно высказал свои взгляды насчет того, что России необходимо дальше продолжать войну в составе Антанты до полного поражения Германии. Впоследствии чекисты устроили ему очную ставку с корнетом Парфеновым, который утверждал, что Виленкин не только являлся членом Союза, но и выдал ему 200 рублей и инструкции насчет выступления против Советов. Александр, будучи профессиональным юристом и прекрасным оратором, во время ставки сумел запутать как самого корнета, заставив его сказать об участии штабс-ротмистра в организации буквально следующее: «Я был слишком маленькой величиной в «Союзе защиты родины и свободы» и потому наверное этого знать не мог. Я так думал», так и следствие.  Забрезжил небольшой лучик надежды вырваться из большевистских застенков живым.

В июне дело Виленкина было передано в Верховный трибунал, который не нашел состава преступления и передал его обратно в ведение чекистов. Добиться освобождения Александра пытались многие люди — от родственников до большевистских лидеров, которых он некогда спас от тюрьмы. Среди последних были уже знакомый нам Крыленко и управляющий делами советского правительства Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич. Однако чекисты были против освобождения офицера. Дзержинский, неоднократно лично допрашивавший Виленкина, выступал как против его расстрела, так и освобождения, говоря, что на свободе тот будет слишком опасен.

vilenkin illustrations 12

Следствие продолжалось вплоть до августа. В середине месяца Виленкина вызвали на заседание президиума ЧК под председательством Феликса Дзержинского, на котором рассматривалось его дело. Вот что рассказал Клементьеву сам Виленкин о ходе рассмотрения:

«Привезли нас с поручиком Давыдовым в Чрезвычайку. Всего собрали из других мест человек двадцать. Настроение у меня плохое, безразличное и полная апатия. В голове одна мысль: скорей бы! Такое же настроение, вижу, и у других. Все-таки переломил себя. Решил бороться. “Надо что-нибудь предпринимать!” — говорю соседям. Молчат, только головами трясут. Говорю другим. Отмахнулись: будь, мол, что будет. “Ну, как знаете! — говорю им. — А я буду бороться”. Пишу письмо Дзержинскому. Требую, чтобы мне, подобно моим прежним подзащитным, дали возможность защищаться при посторонних. Один из конвойных уносит письмо. Жду… Минуты кажутся вечностью. Наконец посланный возвращается. Берет меня и ведет. Приводит к Дзержинскому. Там уже в сборе весь президиум. Лица у всех серьезные, строгие. На меня никто не смотрит. Все уставились в стол. Мне дают слово (говорил Виленкин удивительно). Я был в царском суде защитником политических. За свою практику я произнес 296 речей в защиту других. Теперь, в 297-й раз, говорю в свою защиту и думаю, эта речь будет неудачна. Лица у сидящих за столом, до этого строгие, все расцвели улыбками. Стало легче. Говорю долго. Называю некоторые имена их товарищей, которых я защищал. Тут же вызывают по телефону двух-трех из тех, которых я назвал. Те приезжают и подтверждают мои слова. Меня уводят опять в ту комнату, где остались мои товарищи. Их уже нет здесь — увезли. Сижу один. Через час-два вызывают. Опять ведут к Дзержинскому. Теперь он один. И объявляет, что смертная казнь мне постановлением президиума отменена. Долго еще мы с ним беседуем. Говорим о тюрьме, о политике. Наконец опять уводят назад. В ВЧК держат еще несколько дней и, как видите, привозят сюда.

Вернулся Александр Абрамович поседевший, осунувшийся, худой, бледный, со впавшими глазами, с морщинами, заострившимся носом и грустной улыбкой, но по-прежнему с твердой волей».

vilenkin illustrations 13

После отмены расстрельного приговора Александра перевели в одиночную камеру. Однако, как неоднократно будет происходить и в дальнейшем, чекисты не могли оставить в живых опасного узника, даже если смертный приговор ему был отменен.

5 сентября 1918 года, после покушения Фанни Каплан на Ленина и убийства Леонидом Канегиссером главы петроградской ЧК Урицкого, возможно, действовавшим с санкции Бориса Савинкова, и принятия большевистским правительством знаменитого постановления «О красном терроре», по приказу заместителя Дзержинского Петерса Александр Абрамович Виленкин был расстрелян. Он так никого и не выдал.

vilenkin illustrations 14

Перед смертью Виленкин успел написать прощальное письмо сестрам, которое им впоследствии передал торговый представитель Министерства торговли США Роджер Симмонс, также арестованный большевиками и находившейся в Таганской тюрьме в период пребывания там Александра, но выпущенный ими на свободу. Также штабс-ротмистр написал стихотворение, которое удалось сохранить сокамерникам:

«От пуль не прятался в кустах.
Не смерть, но трусость презирая,
Я жил с улыбкой на устах
И улыбался, умирая».

Согласно рассказу Сергея Волконского, знавшего сокамерников Александра, расстрелом командовал бывший однополчанин штабс-ротмистра, который обратился к нему со словами:

— Прости меня Саша, — обращается он к обреченному, — если мои люди не сразу тебя убьют: им впервые расстреливать!..

— Прости и ты меня, — ответил спокойно Виленкин, — если я не сразу упаду, мне тоже впервые умирать!..

vilenkin illustrations 15

По одной из существующих версий Дзержинский якобы не знал о расстреле Виленкина, которого без консультации с ним велел убить его заместитель Петерс. Подтверждений этой гипотезы нет, к тому же очень маловероятно, что казнь лица, подозревавшегося в стремлении свергнуть действующую власть, к тому же того, кто сам глава ВЧК неоднократно допрашивал, была возможна без его санкции. По другой, высказанной капитаном Клементьевым, Петерс спровоцировал попытку бегства Виленкина из тюрьмы, а после воспользовался ею как предлогом для расстрела. Клементьев рассказал, что 5 сентября в Таганскую тюрьму приехали чекисты с приказом выдать им Виленкина. Начальство тюрьмы позвонило в ЧК, дабы проверить подлинность приказа. Там ответили, что никакого подобного приказа не отдавали. Побег провалился. Однако сам Клементьев сразу же упоминает, что считает это слухом, запущенным самой ЧК, чтобы оправдать убийство офицера. Никаких доказательств у этой версии также не присутствует.

Как бы то ни было, штабс-ротмистр Александр Абрамович Виленкин отдал жизнь за Россию, за которую мужественно и доблестно проливал кровь во время Великой войны. Он доказал, что, не будучи русским по крови, он достоин высокого звания офицера русской армии. Александр Виленкин был преданным патриотом своего Отечества. После Февраля он деятельно боролся против разложения армии, всеми силами пытался спасти ее и выступал за продолжение войны с Германией до победного конца. Несмотря на то, что в прошлом он защищал большевистских вождей в суде, Александр искупил все свои ошибки присоединением к Белому делу и постоянной борьбой против них после октябрьского переворота. Он, как и тысячи белых солдат и офицеров, принял смерть от рук большевиков за свою борьбу. Такие, как он, своими действиями доказали, что отнюдь не все евреи поддержали большевистское разрушение старой России, и что не все несут за него ответственность. В Белом движении было много разных людей и по национальной принадлежности, и по убеждениям, но все они одинаково боролись за возрождение той единственной России, что только и должна существовать на русской территории, и преемственности с которой жаждем мы все. И мы должны чтить и помнить всех героев Белого движения, всех известных и безымянных защитников истерзанной большевистской заразой России.

В качестве заключения хочется привести мнение об Александре Абрамовиче Виленкине известного писателя Александра Исаевича Солженицына, приведенное в его знаменитой книге «Двести лет вместе»:

«Вот и ещё еврейское имя, до сих пор незаслуженно мало известное, не прославленное, как следовало бы: героя антибольшевистского подполья Александра Абрамовича Виленкина, в свои 17 лет пошедшего добровольцем на войну 1914 года, в гусары; получившего 4 георгиевских креста, произведённого в офицеры, а к революции уже в штаб-ротмистра; в 1918 — он в подпольном “Союзе защиты Родины и свободы”; схвачен чекистами лишь потому, что после провала организации задержался уничтожать документы. Собранный, умный, энергичный, непримиримый к большевикам, он и в подполье и в тюрьмах вдохновлял многих других на сопротивление — и, разумеется, расстрелян чекистами. (Данные о нём — от его соучастника по подполью 1918 и потом сокамерника в советской тюрьме в 1919 Василия Фёдоровича Клементьева, капитана русской армии.)».

vilenkin illustrations 16

Текст: Денис Гай

[/cointent_lockedcontent]

cool good eh love2 cute confused notgood numb disgusting fail