Article

Гвозди для Клары

223 views

gvozdi_dlya_klary

Вместо предисловия

В минувшее воскресенье, сырым московским вечером, я имел для себя неудовольствие услышать то, на что обычно я предпочитаю не обращать внимания – критику уровня «а как это поможет?» и пресловутое «критикуешь – предлагай». Всеми нами уважаемый главный редактор, будучи в гостях у дружественного нам дискуссионного клуба, эти выпады парировал, но я, будучи человеком более простым, ибо учёных степеней не имею, отвечу на простом примере. Перед тем как Интернет превратится в сплав розового и цветущего, я объясню, почему он должен превращаться в сплав алого цвета крови и серой фактуры чугуна.

И да, я один из тех людей, кто может игнорировать ненависть, а она будет.

Фарс в отблеске взрывов

Во всей истории XX века, который перевернул наш мир с ног на голову и без знания истории которого жить в XXI веке невозможно, есть один период, который выделяется более всех на фоне как предыдущего, так и последующего. Я его называю Пребеллум по аналогии с Интербеллумом, периодом между двумя мировыми войнами. Пребеллум начинается со скачка общеевропейского общественного сознания во время второй Англо-бурской войны и заканчивается с массовой мобилизацией в июле-августе 1914 года. Это эпоха контрастов и противоречий. Именно в это время в крупных империях вполне легально большинство политически активного населения придерживалось социалистических позиций, в это время разрушение патриархального и богобоязненного общества Европы XIX века казалось несущественным, даже несколько забавным. Национальный вопрос ещё не встал колом и колоссальные державы, простирающиеся по континентам, казались вечными. При этом именно тогда умирает мир XIX века, ибо Первая Мировая война (в её исторической форме) ещё в 1899 году была реально невозможна. Именно в этот период государственный аппарат в США сокрушает естественные монополии, при этом декларирую приверженность стратегии невмешательства. XX век, век лицемерия, век безразличия и вечно приспособленных бюрократов, зарождается тогда, когда в небе не было ни облачка и когда весь цивилизованный мир поверил в то, что можно присесть и отдохнуть, впервые с начала эры Великих Географических открытий. У нас до сих пор есть черты общества Пребеллума: фатализм, уверенность в собственном первенстве и нежелание наращивать отрыв. Собственно, та самая вечная вера в то, что мужик на облаке за нас всё решил, присуща не каким-то нашим далёким предкам из Нового Времени, а именно людям XX века, ибо именно тогда человек верил, что всё прекрасно и что мир можно менять для себя локально, что, собственно, и перевернуло его.

Сегодняшний праздник тоже из этой довольно противоречивой эпохи. Тогда ещё у женщин не было равных с мужчинами прав (и вот не нужно врать, сейчас они есть), да и вообще они считались объективно слабым полом. А знаете, что значит слабый пол? Это значит угнетение, это значит, что около половины потенциального электората может возвести любого политического аутсайдера на Олимп, это возможность стать из ничего всем. Разумеется, этим пользовались не только социалисты, но получилось в основном у них. Объяснить почему, на самом деле несложно. Если основной дискурс поставить в плоскость собственности, то женщины таковой не имели в принципе. А собственность – одна из основ Западного мира. Ну и опять же, сам факт угнетения. На самом деле это крамольный пункт, который работает и по сей день. Ведь не имеет смысла за кого, главное – против кого. Большинство комплексно, то есть состоит из разных групп – разных меньшинств, и выделить из них реально доминирующую группу почти невозможно, ибо эти самые группы не изолированы друг от друга, они соединены социальными связями и представляют собой сплетение. Но представлять мир как растрескавшуюся античную вазу и говорить, что именно эти определённые осколки не дают ей развалиться, придумали левые. Итак, повторяя тезис минувшего воскресного вечера, во всём опять виноваты коммунисты.

Бюст Ленина или портрет Клары Цеткин?

8 марта 1908 года по Нью-Йорку проходит процессия рабочих женщин. Это событие ничем не примечательного, кроме того, что все они так или иначе были аффилированы с социал-демократическими ячейками Нью-Йорка и вообще прошли под довольно…эм…обычными лозунгами. Всё бы так и осталось на уровне американской самодеятельн6ости, если бы не Клара Цеткин – женщина-титан в международном коммунистическом движении. В 1910 году она предлагает учредить международный женский день. Вроде бы всё в порядке, только праздноваться он был должен в лучших традициях коммунистического движения – с демонстрациями и шествиями. И без вездесущих абхазских мимоз за 100 рублей, печаль-беда.

Итого, что представлял из себя этот абсолютно идеологический праздник и что он представляет доселе, ибо деидеологизировать его не представляется возможным. Это праздник для революционных женщин, красных фурий в кожаных куртках и сапогах по колено, которые первыми бросались на баррикады, стреляли в жандармов и расстреливали контрреволюционеров. Так же это праздник для масс, для демонстраций доярок с плакатами, рассказывающими об колоссальных удоях, для колонн ткачих, несущих как мощи христианского святого, портрет Ленина, вышитый собственными руками во внерабочее время, чтобы показать собственную сознательность, а заодно и не лишиться работы и благословенных карточек на скудный паёк в кооперативе. И вот за всеми этими толпами страждущих, ползающих под гнётом транспарантов, гласящих о светлом будущем, будут наблюдать скромные секретарши из лондонского Сити в маленьких шляпках, которые стали писком моды за полгода до этого, в коротких кашемировых пальто с большими чёрными, блестящими на солнце словно серебряные монеты, пуговицами. Они приехали из Британии на три дня, чтобы увидеть то, как празднуют день женщин в свободной стране, чтобы потом навсегда уехать на свою родину к проклятым угнетателям, чтобы учиться в колледжах, работать, влюбляться, жениться, тратить на себя деньги и заработать своё на собственное счастье, вместо того, чтобы строить в стране свободных светлое будущее для кого-то другого. В этой колонне голодных и отчаявшихся их никогда не будет, никогда, ради того что можно считать достоинством в подсознании этих активисток. Их не будет не благодаря, а вопреки, ибо они, всем сердцем желая голодать и работать в кружках сверх рабочего дня, никогда этого не получат, ибо у них не будет этого праздника, праздника свободных женщин, которые так радостно и самоотверженно несут алые знамёна.

Ведь это праздник не женщины, не прекрасного идеала, которым вдохновлялся Катулл, это праздник тех, что захотели изменить себя, праздник мужчин, когда-то бывших женщинами, праздник солдат революции в кованных сапогах и в ободранных полушубках, доказывающих своим примером, что они равны мужчинам, а следственно и эксплуатировать их можно так же, как социалистическая система эксплуатировала крестьян, рабочих и представителей остальных сословий, переживших чистки и голод. Это праздник для того, чтобы восхвалять тех, что отринули всякие буржуазные предрассудки, отринули личность, честь, рациональное мышление и приняли идею, как догмат, как истинное воплощение жизни, которое заменяет жизнь.

Выбирая подарок на 8 марта, бывает сложно решить, что же лучше, бюст Ленина или портрет Клары Цеткин? Тут нужно исходить их принципа того, насколько просвещена крестьянка, которую вы хотите осчастливить таким подарком, ибо уважающая себе женщина 8 марта вас с вашими поздравлениями из дома выгонит. Вы представляете себе в колонне мрачных лиц с плакатами княгиню в алмазном ожерелье и выходном платье? Нет? Ну, может тогда стоит подумать, как вы видите ту, которую вы так хотите осчастливить таким образом. В колонне или над колонной?

Post scriptum

Статей о том, почему некоторые стороны нашей жизни мы воспринимаем не так, как должны бы, будет становиться всё больше, ибо я вижу в этом насущную потребность, более того, её реальность мне была доказана минувшим воскресным вечером. К образу женщины я отношусь с трепетом, присущим романтизму XIX века, только для того, чтобы радовать близких и не очень людей, не нужны даты из революционного календаря, нужно просто иметь чёртово желание, а если его нет, то и выходной день не поможет.

Текст: Василий Муравьев

cool good eh love2 cute confused notgood numb disgusting fail