Article

Хованский прецедент или этнокриминальный террор?

254 views

При всем размахе «Хованское побоище» стало не исключением из правил, а напротив, типовым симптоматичным явлением, совершенно без прикрас оголяющим многие язвы современной России. Это не разборка «хозяйствующих субъектов», как пытаются представить официальные СМИ, а явление совершенно политическое, абсолютно точно отражающее большинство процессов, происходящих от мегаполиса до деревеньки во всей России.

Итак, в нашей задаче есть условия, и они следующие:

— несмотря на демографическую катастрофу 1991-2016 гг. (не менее 15 млн. русских безвозвратно потеряны), в России всё ещё проживает большое количество представителей титульной национальности и ассоциированных с ними меньшинств;

— вокруг этих людей формируются разнообразные экономические рынки, как криминального характера (наркотики, спиртное, рэкет, проституция, игорный бизнес, черная трансплантология, кладбища), так и вполне легального (ЖКХ, бензин, транспорт и инфраструктура, товары народного потребления, еда, строительство и т. д.);

— большинство этих колоссальных финансовых потоков в правовом государстве с гражданским обществом структурированы государством, подчинены общим правилам игры и легальны, а незаконные пресекаются, тогда как в России все эти потоки являются кормушками для меньшинств;

— окормляется с этих потоков формальные и неформальные группы граждан, объединенных определёнными признаками, обеспечивающими последним высокую групповую лояльность, круговую поруку, ответственность и материальное процветание. К таким группам относятся динамические классы (по Марксу: классы для себя) состоящие из граждан России и иностранных граждан.

Дабы не перегружать читателей сложной информацией о том, как высшее партийное руководство ЦК КПСС и КГБ СССР конвертировало свою политико-административную власть в политическую и экономическую диктатуру в современной России, упростим модель.

Хованский прецедент высветил всю необходимую для понимания «пирамиду порока», модель совершенно универсальную для любой отрасли и любого региона в России.

Наверху «хованского каганата» всегда стоит коррумпированный чиновник и силовик обеспечивающий последнему прикрытие. От них сети дальше тянутся в силовые службы, административные аппараты городов и областей, прокуратуру, следственный комитет, МВД, ФСБ, суды и т. д. В нашем деле силовые структуры уже арестовали директора кладбища и полицейского. Именно они являются верхушкой (видимой) коррумпированной пирамиды сращения государства, силовых структур и преступности (всё чаще эта преступность этническая). По совместительству именно коррумпированные чиновники и силовики выступают главным бенефициаром нелегальной миграции и связанной с ней преступности, потому что только нелегалы могут обеспечить преступникам в погонах и преступникам в кабинетах безконтрольный поток чёрной наличности. Как и многие другие виды «бизнеса», похоронный бизнес носит совершенно аморальный паразитический характер, где давление осуществляется на убитых горем родных, связанных жесткими сроками похорон.

Можно предположить, что преступная гидра замыкается на директоре кладбища и покрывающих его силовиках. Это в корне неверно. Не доказуемо фактами, но общеизвестно, что большинство должностей в столичных ГУПах, префектурах и других «сытных местах» продаются за деньги. Соответственно, есть вышестоящие чиновники, которые этими местами торгуют, и силовики, которые закрывают на торговлю должностями глаза (тяжкое преступление и то и другое).

В качестве важного замечания прогнозного характера нужно отметить, что этнокриминильные банды нацменов, действующих в качестве младших партнеров или субподрячиков огосударствленных преступников, как субъекты пассионарные, всегда нацелены на полный захват «кормушек», и как следствие, огромное количество лоббируемых диаспорами и этнопреступниками элементов со временем проникнут непосредственно в государственное управление и силовые структуры, с тем, чтобы полностью взять под контроль «весь бизнес». Эти процессы с большим ускорением протекают на «заднем фоне» современных событий.

Ещё одним важнейшим социально-культурным замечанием станет констатация того факта, что добропорядочные граждане России и денационализированные коррупционеры, вроде директора кладбища или полицейского, одинаково атомизированные элементы, воспринимающие себя отдельными субъектами общественных и хозяйственных отношений, тогда как этнокриминал как и религиозный терроризм имеют совершенно чётко оформленную групповую идентичность и мыслят себя исключительно как единый организм. Главным следствием такой идентичности является повышенная готовность к совершенную правонарушений любой тяжести, которая опирается на внеправовой статус этнопреступников и их уверенность в защите со стороны группы.

Итак, наверху видимой части криминальной пирамиды стоят огосударствленные преступные элементы, не связанные особой групповой идентичностью (как показано выше – это явление временное), именно они генерируют криминальный бизнес, окормляясь с легальных и нелегальных источников дохода. В качестве их младших партнёров (в доле) или на субподряде (договорная оплата), находятся этнокриминальные банды, физически контролирующие финансовые потоки и, как следствие, участвующие в их насильственном и ненасильственном перераспределении. В «хованском» случае это представители этнических преступных сообществ Северного Кавказа (но в разных случаях регионализм может быть различен). Внизу этой криминальной пирамиды находятся нелегальные мигранты, физически осуществляющие те или иные услуги, будь то захоронение почивших в бозе коренных жителей или торговля наркотиками. Главной особенностью всегда выступает монопольность их услуг, непомерно завышенная стоимость работ и нелегальный характер финансовых отношений между заказчиком и подрядчиком.

Конфликт на Хованском кладбище в Новой Москве произошел отчасти из-за передела сфер влияния между разными уровнями криминальной пирамиды, отчасти по причине ускоренной субъективизации группы нелегальных мигрантов из обслуживающего персонала в самостоятельное этнокриминальное сообщество.

Как выглядит на этом плачевном фоне русское большинство, на территории проживания которого происходит этнокриминальный передел? Выглядит в качестве статистов и жертв, случайно попадающих в эпицентр криминальных разборок и гибнущих от них. Более того, кладбище – это место святое у любого народа во всех частях света, место скорби и тишины, место памяти отцов и матерей, было вовремя хованского побоища осквернено самым кощунственным образом, о чем не упомянуло ни одно уполномоченное лицо, что в целом конечно показывает совершеннейшую катастрофу с русским национальным самосознанием, которое попросту отсутствует.

А каким же образом повела себя государственная власть, в прямые обязанности которой входит защита добропорядочных граждан от подобных инцидентов? Самым худшим и некомпетентным образом. Полиция, находившаяся на кладбище, вместо того чтобы применить против вооруженных преступников табельное оружие, бегала за нелегалами и этнокриминалом как мамочка за собственным малышом. Только через 1,5 часа после начала массовых беспорядков на место прибыли специальные службы: полицейские, ОМОН, Национальная гвардия и проч. При этом из 400 участников массовых беспорядков с применением огнестрельного оружия со стороны этнического криминалитета было задержано трое человек, хотя на видео их было не менее 100 человек, а со стороны нелегальных мигрантов не более 70, хотя последних было около 300. Назвать такие действия власти по пресечению общественно опасного события можно только полным провалом общественной безопасности.

Выводы очевидны.

Все крупные финансовые потоки (легально или нелегально с поддержкой коррумпированной власти и силовых структур) контролируются бандитами в погонах или дорогих костюмах. Снизу их активно подпирает этнический криминал, рвущийся в партнеры или к полному доминированию в соответствующем бизнесе, и все они использую нелегальный труд мигрантов, многие из которых также постоянно совершают правонарушения, а на летящих с барского стола крошках кормятся ещё десятки контролирующих и проверяющих структур, в ведении которых находится обеспечение порядка и законности. И самое страшное: когда этнические криминальные разборки выходят в публичное пространство, власть раз за разом демонстрирует свою полную неготовность жёстко отвечать на объявленную гражданам России войну со стороны этнокриминала.

Что будет дальше? Без коренного демонтажа «порочной пирамиды», на фоне экономического кризиса и культурной атомизации большинства населения, этнокриминальный террор, как и террор религиозный (они часто срастаются в один организм) будет нарастать и забирать всё больше денег и жизней граждан России.

Текст: Алексей Живов

cool good eh love2 cute confused notgood numb disgusting fail