Article

Два отвратительных вопроса

154 views

Чтобы увидеть причины и последствия происходящего конфликта между мигрантами и  коренным населением в Германии не нужно быть гением или политическим аналитиком, не нужно знать немецкий или владеть Интернетом, нужно просто понимать человека как он есть. В своей новогодней статье я уже писал о том, что всегда можно закрыть глаза и подумать, что ничего плохого нет, да только это не работает. Не работает это не только в нашей многонациональнойЭрЭфии, где преступления «лиц без национальности» в Германии становятся предметом восклицаний о «загнивании Европки», но не становятся поводом бросить взгляд в собственную сводку преступлений таких же nonation, но и в ФРГ, где идиотские общественные нормы разрушают само общество.Фактически, вся опора общества, допускающего «случайные жертвы» среди собственных членов, сводится к первому отвратительному вопросу, который задают немцам/ русским/ французам/ прочим европейцам: «А вам что, жалко?».

Знаете, наверняка это самый ужасный вопрос из тех, что может услышать человек. Он разом рушит все иллюзии, он разом отбивает желание бороться, стараться, расти, он за мгновение выжигает душу человека, низводя его из личности в субъект общества, на котором паразитируют более слабые, приводя к тому, что всегда, всем и каждому будет более выгодно просить, а не делать. Просьба поделиться тем, что человек заработал собственным трудом, абсурдна. Всё, что он получил за работу, неприкосновенно и свято, и неважно, сколько при этом людей умирает от голода. Вынуждать человека жертвовать продуктом своего труда — преступление. Чем чаще звучит крамольный вопрос «А вам что, жалко?», тем скорее количество паразитов превзойдёт количество паразитируемых. Быть эксплуатируемым не выгодно, тратить себя ради других невыгодно и такие люди будут умирать в 40 лет от старости, падая от бессилия в пустую кровать коммунальной квартиры, которую они получат как подачку за свои труды. Чем больше в обществе социальных паразитов, тем быстрее это общество будет стагнировать и рушиться. В итоге данное общество, изведя всякий разум в себе, придёт к утопическому социализму, к первобытной общине на обочине разрушающихся небоскрёбов и супермаркетов.

Так любимая россиянами 90-х — 2000-х гг. и арабами с неграми «скандинавская модель» на деле представляет собой нечто ужасное. Нет, если ты бедуин и живёшь в Стокгольме на пособие, по выходным грабя и насилуя шведок, то ты не увидишь недостатков в данной системе, но если ты потомок викингов и твои предки когда-то воевали с русской армией под Полтавой, то ты будешь отдавать 60% собственного заработка, чтобы ублажать бедуина, предки которого никакого отношения к этой стране не имели.Вы только вдумайтесь, лучшие люди должны получать меньше только из-за того, что худшие не хотят работать, но хотят получать равное количество плюшек, что и работающие люди. Да, в Швеции действительно социализм, но, как известно, социализм нужен лишь слабым как инструмент для получения средств из сильных. Сам социализм держится только на добровольном самопожертвовании сильных, ибо они смирились, проложили слой надуманной морали между собой и прессом, выдавливающим из них все соки, и наслаждаются жизнью в стране, где не нужно отмаливать грехи, ведь добродетель — уплата налогов и больше ничего не требуется. И ведь таких шведов большинство, все они платят налоги и наслаждаются тем, что они больше ничего никому не должны, простосодержа армию профессиональных безработных.

Так уж вышло, что европейцы представляют собой господствующую массу деятелей и мыслителей, ныне эксплуатируемых ради выживания тех народов, которые не могут производить аналогичных нам людей. И тут встаёт второй по отвратительности вопрос: «А чем они хуже вас?». Они хуже нас тем, что не мы сейчас бежим в их страны, а они в наши. Они хуже нас из-за того, что после нашего ухода из их стран они деградировали до глубокого Средневековья, успокаивая себя лишь тем, что они от нас избавились. Они обрели независимость, у них был шанс, но…они его упустили, они разрушили всё, что некогда стояло там, превратив оазисы в пустыню. Мне откровенно надоело приводить в пример Южную Африку, поэтому сегодня мы помянем маленькую, но гордую Родезию, чья экономика позволяла родезийцам жить как в родной для их прадедов Британии, только посреди Африки. Нищее и голодное Зимбабве, не имеющее даже национальной валюты, ибо количество нулей просто бы не уместилось на купюру, ярко демонстрирует, почему они хуже.

Эти два «отвратительных вопроса» подводят нас к проблеме ценности человеческой жизни. Да, безумно забавно видеть, как немок, до этого стоявших с плакатами «Welcomerefugees», разрывает толпа «беженцев», ибо в этом и есть вся ирония справедливости. Но дело в том, что классическое клише о ценности любой жизни заставляет сопереживать всем, неважно кто это, законопослушный гражданин или же головорез («мирный беженец»). На самом деле ценность жизни человека напрямую зависит от его выбора, ибо за него он полностью отвечает и обязан принимать его последствия. Вторгаясь в Европу, толпы «беженцев» знали, что они захватчики, а значит, они сделали выбор, они поставили свои жизни на кон, они готовы умереть, завершая сделку с судьбой.

Текст: Василий Муравьев

Leave a reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

cool good eh love2 cute confused notgood numb disgusting fail